13-11-2018
[ архив новостей ]

Чужая культура в оптике художественного перевода

  • Автор : А.В. Ерохин, Э.Г. Гирфанова, А.В. Чёрный, Е.А. Сакулина, В.Г. Куприянов, И.А. Эбаноидзе, Н.И Ковалев
  • Количество просмотров : 271

А.В. Ерохин

Русская и советская поэзия в переводах поэтов Саксонской поэтической школы

 

Ключевые слова: русская и советская поэзия, художественный перевод, ГДР, Саксонская поэтическая школа.

 

Основная задача доклада — рассмотреть особенности творческого восприятия русской и советской поэзии XIX–XX вв. «средним» поколением поэтов ГДР, родившихся в основном между 1930 и 1940 гг., начавших литературную карьеру в конце пятидесятых — начале шестидесятых годов и связанных, по рождению или по избранному месту жительства, с Саксонией, Саксонией-Анхальтом и ее крупнейшими центрами — Дрезденом, Лейпцигом и Галле. Это поколение уже с семидесятых годов стало называться «Саксонской поэтической школой» или «Саксонской группой поэтов» (Sächsische Dichterschule).

Материал, избранный для рассмотрения, — переводы на немецкий язык произведений русской и советской поэзии, выполненные такими представителями Саксонской группы поэтов, как Бернд Йенцш (род. 1940), Райнер Кирш (1934–2015), Сара Кирш (1935–2013), Карл Микель (1935–2000), Хайнц Чеховский (1935-2009), Адольф Эндлер (1930–2009), Эльке Эрб (род. 1938). Исследуются переводы избранных стихотворений А. Ахматовой, А. Блока, С. Есенина, А. Кушнера, О. Мандельштама, А. Пушкина, Р. Рождественского, М. Цветаевой и др. Кроме того, в анализ включены работы упомянутых авторов, посвященные теории поэтического перевода — «Слово и его излучение» («Das Wort und seine Strahlung», 1974–1975) Райнера Кирша, а также материалы дискуссии о художественном переводе с участием Р. Кирша и К. Микеля в журнале «Ваймарер Байтреге» («Weimarer Beiträge», 1973, № 8).

Художественные и теоретические тексты поэтов ГДР предполагается рассматривать с точки зрения их эстетического своеобразия на фоне богатой истории немецкого художественного перевода. В частности, планируется выяснить, насколько взгляд Р. Кирша на искусство перевода как на реконструкцию оригинального стихотворения средствами актуальной, современной поэзии, разделяемый большинством его коллег из Саксонской группы поэтов, оказался продуктивным для рецепции в Германии традиции русско-советской поэзии как некоторого культурно-художественного целого.

Александр Владимирович Ерохин — доктор филологических наук, доцент, заведующий кафедрой издательского дела и книговедения, Удмуртский государственный университет.

 


Э.Г. Гирфанова

Особенности функционирования сложносоставных субстантивов в романе Э.М.Ремарка «На западном фронте без перемен» и их перевод на русский язык

 

Ключевые слова: Ремарк, художественный перевод, способы перевода, сложносоставные субстантивы, словосложение.

 

Романы Э.М. Ремарка переводились неоднократно. Переиздаются, как правило, одни и те же переводы. Книги, в которых проза Ремарка представлена в других переводах, становятся библиографической редкостью. В 1928–1929 гг. на русский язык роман Э.М. Ремарка «На Западном фронте без перемен» переводился трижды: С. Мятежным и П. Черевиным, А. Коссовичем, а также Л. Мейерсоном. Следующий перевод романа на русский язык, который с начала 1990-х гг. постоянно имеется в продаже в России, выполненный Ю. Афонькиным, появился в 1959 г. Предыдущие переводы оказались забытыми.

Обратимся к тексту перевода Ю.Н. Афонькина. Уже с первых строк произведения мы встречаем сложносоставные субстантивы. Так, сложносоставное слово «Rindfleisch», встречающееся в предложении «... jetzt haben wir den Magen voll weißer Bohnen mit Rindfleisch» переведено как «мясо», звучащее в предложении как «...сейчас наши желудки набиты фасолью с мясом». В Большом немецко-русском словаре слово «das Rindfleisch» переведено как «говядина». Однако мы считаем, что в данном случае переводчик выбрал более литературный вариант перевода, что является удачным. Следующее слово «Kochgeschirr» переведено как «котелок». «Sogar für abends hat jeder noch ein Kochgeschirr voll fassen können». «Даже на ужин каждому досталось по полному котелку». В данном случае в русском варианте сложносоставному существительному «Kochgeschirr» соответствует русский аналог «котелок», представленный простым существительным.

Далее в тексте встречается всё больше сложносоставных субстантивов. Так, слово «Wurst- und Brotportionen» переведено как «двойная порция хлеба и колбасы», «der Küchenbulle» —кухонный бог, «Tomatenkopf» — «лысина как помидор», «Gulaschkanone» — «пищемёт» (хотя буквально слово переводится как «походная кухня»). «Waschschüsseln» переведено как «тазы», «Freßsucht» — обжорство, «Rauchportionen» — «двойные порции курева», «Kautabak» — «жевательный табак».

Рассмотрим предложение «Der Furier hatte deshalb für den Tag unserer Rückkehr das normale Quantum Lebensmittel erhalten und für die hundertfünfzig Mann starke Kompanie vorgesorgt». Интересно, что при переводе предложения сложносоставное существительное «Lebensmittel» не переводится существительным, а вообще упускается из предложения. Данное предложение переведено следующим образом «Поэтому ко дню нашего возвращения каптенармус получил довольствие по обычной раскладке и распорядился варить на роту в сто пятьдесят человек». Теперь мы видим, что вторая часть предложения не переведена дословно, а подвергнута лексическим трансформациям.

Разберем предложение, в котором присутствуют сразу 9 сложносоставных субстантивов: «Grüßen, Strammstehen, Parademarsch, Gewehrpräsentieren, Rechtsum, Linksum, Hackenzusammenschlagen, Schimpfereien und tausend Schikanen: wir hatten uns unsere Aufgabe anders gedacht und fanden, daß wir auf das Heldentum wie Zirkuspferde vorbereitet wurden» (Козырять, стоять навытяжку, заниматься шагистикой, брать «на караул», вертеться направо и налево, щелкать каблуками, терпеть брань и тысячи придирок, — мы мыслили себе нашу задачу совсем иначе и считали, что нас готовят к подвигам, как цирковых лошадей готовят к выступлению). Выделенные курсивом сложносоставные существительные в исходном тексте переведены инфинитивом, выраженным глаголом неопределённой формы. Это помогло переводчику выразить нарастающее напряжение событий. Использованная в данном контексте градация позволила передать настроение юных солдат, оказавшихся на войне. Они находятся здесь перед лицом смерти и сталкиваются с многими обязанностями. Многое, чему здесь их учили, казалось им настолько странным и комичным, что они думали о том, что их «... готовят к подвигам, как цирковых лошадей готовят к выступлению».

В проанализированных нами первых четырёх главах произведения сложносоставные субстантивы преобладают в большом количестве. Стоит отметить, что в рассмотренном нами переводе эти слова переводятся не сложными существительными, а сочетаниями со связью управление и согласование, реже — инфинитивами. Интересным является тот факт, что из одного и того же корня автор образовал производные сложные слова, похожие друг на друга, но отличающиеся своей смысловой коннотацией для обогащения смысла содержания.

Таким образом, в произведении Э.М. Ремарка сложносоставные субстантивы преобладают в огромном количестве, из одних и тех же корней слова автор создал совершенно новые слова и обогатил текст наиболее полным содержанием. При переводе таких сложносоставных слов переводчику пришлось прибегнуть к использованию таких переводческих трансформаций, как перестановки, замены форм слова, замены частей речи, замены членов предложения, синтаксические замены в сложном предложении, лексические замены, антонимический перевод, компенсация, добавления, опущения.

Эльвина Гамилевна Гирфанова — студентка Высшей школы иностранных языков и перевода «Казанского (Приволжского) федерального университета»

 


А.В. Чёрный

Георг Гейм в России

 

Ключевые слова: Георг Гейм, экспрессионизм, Германия, история художественного перевода

 

История освоения наследия Георга Гейма (1887–1912), поэта, прозаика и драматурга, русскими переводчиками позволяет осмыслить важные особенности русско-немецкого культурного диалога в ХХ в. и в наши дни.

«Русский Гейм» начинается в 1920-е годы с нескольких публикаций в периодике и сборниках (переводы Б. Лапина, С. Тартаковера, В. Нейштадта). Интерес к его творчеству был вызван, в том числе, контактами русского и немецкого литературного авангарда, продолжавшимися некоторое время после революции. Поэзия Гейма в эти годы попадает в поле зрения Б.  Пастернака, Г. Петникова, Л. Гинзбурга.

После усиления цензурных ограничений творчество экспрессионистов, и Гейма в том числе, попадает под негласный запрет. С 1930-х годов до самой перестройки лишь несколько «идеологически благонадёжных» текстов появляются изредка в коллективных сборниках и антологиях.

Конец 1980-х стал временем пробуждения интереса к творчеству поэта. В переводческой мастерской Е. Витковского сразу несколько его подопечных (А. Прокопьев, А. Николаев, И. Белавин и др.) берутся за коллективную переработку избранных произведений поэта. Вскоре впервые почти за полвека в периодике появляются подборки новых переводов из Гейма. В 1989 г. в «Иностранной литературе» печатается часть корпуса «экспериментальных переводов» М. Гаспарова. В 1990 г. в журнале «Литературная учеба» выходят переводы Г. Ратгауза и А. Попова. А. Прокопьев становится составителем первой книжной публикации переводов из Гейма, вышедшей в виде миниатюрного сборника «Избранные стихотворения» (М., 1993). В 1995 г. А. Николаев, его коллега по семинару Витковского, напечатал 35 своих переводов под одной обложкой с переводами из Тракля.

В 2003 г. в серии «Литературные памятники» вышли три сборника Гейма в «экспериментальных переводах» Гаспарова. Хотя это издание и вызвало жаркие споры, однако помещенный в нем научный аппарат (комментарии А. Маркина, статьи Г. Ратгауза, Н. Павловой, М. Гаспарова) безусловно стал важной вехой на пути осмысления творчества Гейма в России.

Столетие со дня смерти поэта было ознаменовано сразу несколькими публикациями. В 2011-2013 гг. избранные стихотворения Георга Гейма вышли в виде книжных изданий сразу у нескольких переводчиков: А. Чёрного, Д. Вонави, Е. Морозовой-Фёрстер. Печальный юбилей пробудил новую волну интереса к творчеству поэта. Наравне с Траклем и Целаном, он постепенно становится частью модного набора «возвращенного авангарда ХХ века». В соцсетях образуются тематические сообщества, обменивающиеся свежими переводами. Новое поколение переводчиков (К. Матросов, А. Чёрный) ставит амбициозные задачи представить на русском языке не только всё основное из лирики Гейма, но и его прозаическое, эпистолярное, дневниковое наследие. В 2013 г. в Петербурге было создано виртуальное «Общество Георга Гейма», ставящее своей целью популяризацию и исследование немецкого ХХ в. в отражении поэтов-современников.

Антон Владимирович Чёрный — филолог, исследователь и переводчик немецкой поэзии ХХ века, США.

 


Е.А. Сакулина

Русские переводы романа Густава Майринка «Вальпургиева ночь»
(1990 – 2000-е гг.)

 

Ключевые слова: Густав Майринк, «Вальпургиева ночь», экспрессионизм, концептосфера, художественный перевод, сопоставительный переводческий анализ

 

Материалом для исследования послужил оригинальный текст романа австро-венгерского писателя, имевшего тесные связи с Германией и жившего там с 1911 г. — экспрессиониста Густава Майринка (Gustav Meyrink) «Вальпургиева ночь («Walpurgisnacht») и его переводы на русский язык. Несмотря на то, что Густав Майринк является одним из самых ярких и загадочных писателей ХХ в., его творчество до недавнего времени оставалось для российского читателя малоизвестным. Созданный в 1917 г. роман Майринка «Вальпургиева ночь» впервые стал известен в России еще в 1920–е годы, но в последующие десятилетия был запрещен в СССР. Лишь в постсоветский период, начиная с 1989 г., произведения Г. Майринка возвращаются к широкой читательской аудитории, а роман «Вальпургиева ночь» был переведен на русский язык дважды: сперва В.М. Крюковым (перевод впервые был опубликован в 1989 г.), позднее В.В. Фадеевым (перевод впервые был опубликован в 2005 г.).

Ключевое место в исследовании занимает проблема перевода концептуального текста, который является сложным для перевода из-за различий в восприятии и «наполнении» концептов в немецкоязычной и русскоязычной культурах. Каждый концепт может быть по-разному «расшифрован», в зависимости от контекста и культурного опыта концептоносителя.

В процессе исследования было выделено несколько основных концептов в концептосфере романа «Вальпургиева ночь», которые, в соответствии с философскими взглядами писателя, имеют в сюжетной линии романа ключевое значение. Это такие концепты как «Страх/Angst», «Прага/Prag», «Потустороннее/Jenseits», «Революция/Revolution», «Музыка/Musik». На материале данных концептов представлен сопоставительный переводческий анализ на основе двух версий перевода романа на русский язык. Каждый концепт рассматривается как явление в культуре (российской и немецкой), психологии человека, в литературе, а также в разных направлениях и видах искусства.

Роман «Вальпургиева ночь» отличается от других произведений Г. Майринка: во-первых, обилием проводимых исторических параллелей; во-вторых, экспрессионистским языком, нагруженным символами и аллегориями. Переводчики Г. Майринка на русский язык В. В. Фадеев и В. М. Крюков используют разные стратегии: более свободный и образный перевод, и перевод, близкий к тексту оригинала, местами почти пословный, соответственно.

В ходе сопоставительного анализа двух переводов романа на русский язык выявляются методы достижения адекватности и эквивалентности перевода, сравниваются выбранные переводчиками языковые средства для передачи замысла автора с учётом художественного направления, а также с учетом выявленного содержания исследуемых концептов для культуры языка оригинала и языка перевода. Таким образом, представляется возможным говорить о концептуальном анализе переводов романа на русский язык.

Елена Александровна Сакулина — кандидат филологических наук, доцент кафедры теории и практики немецкого языка и перевода, Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова.

 


В.Г. Куприянов

Из опыта автора и переводчика

 

Ключевые слова: немецкая поэзия, переводоведение, верлибр, ГДР, ФРГ, русская литература в Германии, восприятие, культура, В.Г. Куприянов.

 

В докладе рассматриваются следующие темы:

1. Кого я переводил и почему. От классики к современности. От поэтов ГДР к поэтам ФРГ. Как у нас издавали немецкую поэзию. Некоторые стилистические моменты перевода.

2. Кто меня переводил и как переводил. Мои 17 книг в Германии. Мои переводчики. Мои критики в Германии.

3. Мои издатели в Германии. Судьбы книг (Периодика и переиздания).

4. Эволюция восприятия русской литературы в Германии. От восторга до затишья. Что ждут от русского писателя немецкие издатели и слависты. Политика и культура.

5. О «русской душе» и тевтонском характере.

 

Вячеслав Глебович Куприянов — поэт, прозаик, переводчик (Москва).

 


И.А. Эбаноидзе

Переводы произведений Ницше в до- и постсоветской России:
стилистические аспекты и идеологические тенденции

 

Ключевые слова: философия Ницше, теория перевода, экстралингвистический контекст, компенсация потерь в процессе перевода, семантические развилки.

 

Доклад посвящен анализу и сопоставлению переводов произведений Ницше на русский язык, в первую очередь в «послеперестроечное» время.

Проблема литературного перевода является комплексной интердисциплинарной проблемой, имеющей не только литературоведческие и лингвистические, но и социологические и философские аспекты. Это особенно наглядно там, где мы имеем дело с текстами межжанровыми и находящимися на стыке литературы и философии. Тем более если эти тексты оказались в ходе истории обременены идеологическими коннотациями и ярлыками. Один из наиболее ярких примеров в этом отношении — переводы сочинений немецкого мыслителя Фридриха Ницше.

История переводов Ницше в России по идеологическим причинам оказалась прервана на семьдесят лет. Единственным исключением на протяжении этих десятилетий являлся перевод книги «Так говорил Заратустра», сделанный философом и писателем Я. Голосовкером. На рубеже XX и XXI вв. Ницше вновь, как и за столетие до того, стал одним из самых издаваемых в России философом. Но хотя число его публикаций исчисляется десятками, научная ценность и литературная ценность большинства из них невелика. Причина в том, что издатели слепо пользуются тем арсеналом переводов, который был накоплен в России в начале XX столетия, и механически воспроизводят публикации, устаревшие как в научном, так и в языковом отношении. Подобные издания все больше углубляют пропасть между уровнем восприятия Ницше специалистами и их профессиональных дискуссий, с одной стороны, и восприятием этого мыслителя теми, кто лишен возможности читать его в оригинале. Между тем, стилистика зрелых произведений Ницше есть совершенно особый феномен, отрефлексированный в свое время еще самим философом. Как он признается в своих письмах: «В шкале моих переживаний и состояний перевес на стороне более редких, отдаленных, тонких звуковых частот в сравнении со средней нормой». «Сложность моих произведений заключается в том, что в них присутствует перевес редких и новых состояний души над нормальными… Для этих незафиксированных и часто едва ли фиксируемых состояний я ищу знаков». По своему языку, по средствам выражения и тому, что он в них вкладывает, Ницше столь же современен для отдельных течений словесности (и не только — не столько — немецкой, сколько французской и даже русской) своего времени, сколь и анахроничен. Ницше стилистически опережает свое время, чего, как правило, не желали видеть дореволюционные переводчики (или же видели, но были попросту неспособны ответить на этот языковой вызов).

Для сегодняшних переводчиков Ницше встают новые проблемы, связанные как с уже имеющейся традицией переводов его текстов, так и необходимостью интерпретационно взаимодействовать с целым рядом сформировавшихся за время отсутствия в поле переводческой работы текстов Ницше идеологических стереотипов и клише. Снова и снова встает необходимость интерпретационного выбора на лексико-семантических развилках, начиная с самих заглавий произведений. И этот выбор, в свою очередь, подчас диктуется духом нашей современности. Так, чрезвычайно сложным вопросом оказывается вопрос о названии книги Ницше «Der Antichrist», на равных вбирающего как значение «антихрист», так и «антихристианин». Дореволюционная традиция предлагала перевод заглавия «Антихрист», однако перевод, сделанный выдающимся германистом А.В. Михайловым в 80-х годах XX в., озаглавленный «Антихристианин», ломает эту традицию. Такое решение А. Михайлова, выбранное им в блестящем и по сути создающем новый канон переводе сочинения Ницше, в то же время представляется идущим в русле духовных тенденций российской культуры конца 80-х, начинающей после запрета открывать для себя как зарубежное «иррационалистское» наследие, так и православную дореволюционную и эмигрантскую мысль и подчас невольно ищущей синтеза между самыми полярными течениями.

Игорь Александрович Эбаноидзе — кандидат филологических наук, старший научный сотрудник ИМЛИ РАН

 


Н.И. Ковалев

Поэзия Готфрида Бенна в русских переводах

 

Ключевые слова: Готфрид Бенн, поэтический перевод, рецепция, В. Микушевич, В. Топоров.

 

Произведения Готфрида Бенна (1886–1956) начали переводиться в России еще при жизни автора — так, в 1923 г. вышло несколько стихотворений в переводе С. Тартаковера, однако в переводах Тартаковера Бенн — просто еще один поэт в ряду экспрессионистов, поэтическое своеобразие индивидуальной лирической манеры Бенна от него совершенно ускользает. Кроме того, нужно отметить, что в начале 1920-х годов у Бенна только начинала складываться собственная поэтика, отличная от экспрессионистской. Настоящий же бум в переводах Бенна случился уже в послевоенные годы, а именно с начала 1970-х годов.

Первым переводчиком Бенна на современном этапе стал В. Микушевич, впоследствии его переводили С. Аверинцев, А. Штейнберг, Е. Витковский и другие мастера своего дела. Отдельными книгами стихи Г. Бенна выпускали А. Прокопьев, О. Татаринова, В. Топоров и В. Микушевич. Кроме того, В. Вебер и И. Болычев составили сборник избранной прозы Бенна «Двойная жизнь», куда вошли и избранные переводы лирики, в том числе и новые, среди которых выделяются переводы А. Рашбы и В. Маринина. Активная деятельность по переводу Бенна ведется и на форуме Е. Витковского «Век перевода», где свои интересные опыты предлагают такие переводчики, как А. Кокотов, А. Серебренников, А. Евстафьев.

Среди монографических изданий поэзии Бенна своим объемом и основательностью выделяются издания В. Топорова и В. Микушевича.

Достоинство книги Топорова — следование авторскому «Собранию стихотворений» 1956 г., итоговой книге Бенна, составленной им незадолго до смерти. Избранный Бенном хронологический порядок стихотворений в целом им сохранен, хотя некоторые стихотворения и выпущены. Переводы Топорова неоднократно и, в общем, заслуженно критиковались рецензентами — О. Балла, Е. Зачевским, А. Ницбергом. Главные особенности переводов Топорова — чрезмерная вольность по отношению к оригиналу и, что самое важное, неверный выбор интонации при переводе поэта. Бенн предстает в переводах Топорова похабником, бабником и, в общем-то, не очень далеким, не чуждым простым радостям жизни и чурающимся всяческой философии, человеком. Лучше всего Топорову удается ранний, экспрессионистский, хулиганский Бенн, Бенн же поздний, интеллектуальный, философский, совсем у него не выходит.

Совсем другим предстает Бенн в переводах В. Микушевича. Очевидно, Микушевичу ближе именно поздний Бенн, а раннего, до 1913 г. он в своей книге практически игнорирует. В переводах Микушевича маятник интерпретации Бенна отклонился в другую сторону — теперь Бенн предстает едва ли не религиозным философом, а любые скабрезные намеки, коих у Бенна все-таки немало, хотя и не настолько много, как в переводах Топорова, обходятся стороной. Бенн Микушевича, несомненно, гораздо ближе к оригиналу, чем переводы Топорова — удачи Микушевича, вроде многократно цитировавшегося, в частности, в эссеистике М. Мамардашвили, в прозе Ю. Буйды, стихотворение «Целое», несомненны, однако есть и упрощения и неточности. Главная претензия, которую можно высказать к Бенну Микушевича – поэт не предстает в этих переводах в достаточной степени модернистом, сложность, порой даже вычурность, образности, рифмовки, порой сводится к гораздо более тривиальному выбору рифм и к более бедным, по сравнению с оригиналом, образам.

Переводы, выполненные уже после этих книг, в частности, А. Рашбы и В. Маринина, отличаются стремлением максимально приблизиться к оригиналу, что выгодно отличает их от переводов Топорова и Микушевича, однако количество таких переводов пока невелико.

Никон Игоревич Ковалев — кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Отдела литератур Европы и Америки новейшего времени ИМЛИ РАН, преподаватель кафедры германской филологии РГГУ.

 

(Голосов: 2, Рейтинг: 3.1)
Версия для печати

Возврат к списку